Выбери любимый жанр

Гробницы Атуана - ле Гуин Урсула Крёбер - Страница 1


Изменить размер шрифта:

1

Пролог

– Домой, Тенар, домой скорее!

Вечер. В глубокой долине вот-вот расцветут полным цветом яблони. Кое-где первые цветы уже появились – маленькие бело-розовые звездочки на черных ветках. Между деревьями по упругой, свежей мокрой траве бежит девочка, бежит просто так, ради удовольствия, которое дает бег. Услышав зов матери, она делает широкий круг и только после этого поворачивает к дому. Мать стоит в дверях на фоне освещенной пламенем камина комнаты и смотрит на подпрыгивающую маленькую фигурку, похожую на пушинку над темнеющей травой под деревьями.

Отец у крыльца очищает от прилипшей земли мотыгу и говорит:

– Ну что ты так привязалась к ней? Все равно через месяц ее заберут. Навсегда. Это все равно, что похоронить ее. И забыть. Какой смысл любить того, кого все равно потеряешь? Она для нас ничто. Если бы за нее хоть заплатили, а то ведь не получим ни гроша… Ее просто увезут и все.

Мать молчит. Она не сводит глаз с дочери, которая остановилась и сквозь ветки деревьев смотрит на небо. Над высокими холмами пронзительно ярко горит вечерняя звезда.

– Она не наша, она перестала быть нашей дочерью в тот день, когда к нам пришли и сказали, что ей предназначено быть Жрицей Гробниц. Неужели ты до сих пор не поняла этого? – в голосе отца звучит горечь и обида. – У тебя есть еще четверо. Они останутся, а эта исчезнет. Не цепляйся за нее, отпусти!

– Когда придет время, – произносит женщина, – я отпущу ее.

Она нагибается навстречу Тенар, которая мчится к ней на своих босых маленьких, белых, перепачканных землей ножках. Она подхватывает дочь на руки, заходит в дом и целует ее черные волосы. При свете очага видно, что у самой женщины волосы светлые.

Отец, уверенно попирая босыми ногами холодную землю, все еще стоит снаружи и наблюдает, как темнеет чистое весеннее небо. Взгляд его полон печали, унылой и одновременно яростной, которая никогда не найдет слов, чтобы выразить себя. Он пожимает плечами и входит вслед за женщиной в дом, звенящий детскими голосами.

Глава 1.

Съеденная

Рожок пронзительно запищал и смолк. Наступившая тишина нарушалась только шумом множества ног, двигавшихся под почти неслышимый рокот бьющего в ритме сердца барабана. Через трещины в крыше Тронного Зала, через проемы в тех местах, где между колоннами обрушились целые секции кирпичной кладки, в помещение пробивались косые солнечные лучи. После восхода солнца прошел час. В холодном воздухе не ощущалось никакого движения. Высохшие листья сорняков, пробившихся сквозь щели в мраморном полу, покрылись инеем и ломались, задетые длинными черными мантиями жриц.

По четыре в ряд шли они по огромному залу между двумя рядами колонн. Глухо бил барабан. Никто не издавал ни звука. Факелы в руках закутанных в черное женщин ярко горели в темноте и бледнели, попадая в столбы солнечного света. Снаружи, на ступенях Тронного Зала, остались мужчины – стражники, трубачи, барабанщики. Только одетые в черное женщины могли войти в огромные двери, чтобы по четыре в ряд подойти к пустому Трону.

Появились еще две высокие жрицы, тоже в черном. Одна – худая и изможденная, другая – тяжелая и массивная. Между ними шла девочка лет шести, одетая в чисто-белый балахон, оставлявший открытыми руки и белые босые ноги. Казалось, она совсем еще малышка. У ступеней, ведущих к Трону, где их уже ждали черные ряды жриц, женщины остановились и вытолкнули девочку вперед.

Трон стоял на высоком помосте и, казалось, был окутан со всех сторон черной паутиной, свисавшей с потолка. Непонятно было, то ли это был занавес, то ли – густые тени. Сам Трон был черным, только тускло светились вделанные в спинку и подлокотники драгоценные камни. Он был огромен – севший на него человек показался бы карликом, – и пуст, ничто, кроме теней, не восседало на нем.

Девочка взобралась на четвертую из семи ступенек, ведущих к Трону. Вырубленные из черного с красноватыми прожилками мрамора, они были настолько высоки и широки, что девочке приходилось вставать обеими ногами на одну, прежде чем ступить на следующую. На средней ступеньке, прямо перед Троном, стояла большая деревянная плаха с углублением для головы. Дитя опустилось на колени и, слегка повернув голову, вложило ее в углубление, после чего застыло в неподвижности.

Некто в туго перепоясанном белом хитоне и скрытым белой маской лицом неожиданно появился из тени справа от Трона. В руке его был пятифутовый сверкающий стальной меч. Молча занес он его, держась за рукоять обеими руками, над тонкой шеей ребенка. Барабан смолк.

Когда кончик лезвия достиг высшей точки и замер на мгновение, из тьмы слева от Трона к палачу метнулась черная фигура и схватила его за руки своими изящными руками. Острие меча блеснуло в полутьме. Словно танцоры, балансировали безликие фигуры несколько секунд над замершим ребенком, потом отпрыгнули в стороны, вверх по лестнице, и исчезли в темноте за огромным Троном. Из рядов жриц вышла одна и вылила чашу какой-то жидкости на ступеньку рядом с плахой. В темноте Тронного Зала оставленные ею пятна казались черными.

Девочка поднялась и с трудом спустилась по лестнице, у подножия которой ее уже ждали две высокие жрицы. Они надели на нее черный плащ, капюшон, мантию и повернули лицом к лестнице, плахе, трону.

– О, Безымянные! Взгляните на девочку, которую отдаем мы вам! Она рождена истинно безымянной! Примите ее жизнь и те годы, что осталось ей прожить! Смерть ее будет и вашей смертью! Примите ее! Съешьте ее!

Другие голоса, пронзительные и хриплые, ответили:

1

Жанры

Деловая литература

Детективы и Триллеры

Документальная литература

Дом и семья

Драматургия

Искусство, Дизайн

Литература для детей

Любовные романы

Наука, Образование

Поэзия

Приключения

Проза

Прочее

Религия, духовность, эзотерика

Справочная литература

Старинное

Фантастика

Фольклор

Юмор

Литературный портал Booksfinder.ru
Скорочтение